Свежие записи

Брат Вильгельм

Брат Вильгельм

Брат Вильгельм с поразительной осведомленностью пере­числяет народы, населяющие крайние пределы Северной Азии; места для монстров нет в этом описании. Поэтому мне кажется, что он в своих расспросах отталкивается от описания похода монголов к северным границам земли, где они встре­чаются с быченогими и песьеголовыми людьми и асиммет­ричными созданиями. Дело в том, что именно в этом случае брат Иоанн опирается на авторитет Исидора Севильского. Очевидно, что никто не мог подтвердить легендарный поход монголов. Реплика китайских монахов, включенная братом Вильгельмом в описание северных областей, адресована брату Иоанну — и отражает внутренний диалог между францисканца­ми, и потому не очень ясно выражена. Что же касается других известий (о синсинах, островах молодости), то брат Вильгельм ясно заявляет: non credo.

Тема восприятия современниками донесений францис­канцев имеет актуальный историографический аспект. В со­временных исследованиях можно обнаружить весь спектр подходов, от игнорирования Читать далее

МАНИФЕСТАЦИЯ АВТОРСТВА В «КНИГЕ ОБ ИСЛАНДЦАХ» СВЯЩЕННИКА АРИ ТОРГИЛЬССОНА

Когда Снорри Стурлусон (1179-1241) утверждал в «Про­логе» к «Кругу Земному», что «Ари Мудрый… был первым здесь в стране (Исландии. — Ф У.), кто записал на северном языке мудрые рассказы, старые и новые», он говорил о чело­веке, чье имя в глазах исландцев эпохи записи саг (конец XII — XIII в.) отличалось общепризнанным авторитетом и напрямую ассоциировалось не только с исключительной ученостью и феноменальной памятью, но и с понятием «авторства». Имен­но Ари исландцы считали себя обязанными сохранением пер­вых и основных сведений о национальной истории страны. По авторитетности он мог сравниться лишь со скальдами: не слу­чайно, рассказ Снорри о нем соседствует в «Прологе» с рас­суждениями о достоверности скальдических стихов как исто­рического источника. Для Снорри Стурлусона Ари и скальды олицетворяют два типа авторства, два типа авторитетных сви­детельств, которые он стремится совместить, а не противопос­тавить друг другу.

Единственное Читать далее

В «Речи Философа» провозглашается торжество христи­анства

В «Речи Философа» провозглашается торжество христи­анства по всему миру и поражение дьявола. В концепции Не­стора борьба продолжается с новой силой. В самой семье Вла — димира-крестителя «двум светлым звездам», Борису и Глебу, противостоит Святополк, в сердце которого «Вошел дьявол». Отказ святых от вооруженной борьбы с братом — это продол­жение духовной битвы Бога с дьяволом, потому и появляются два сравнения святых братьев с Иисусом Христом. Первое произносит сам Борис в предсмертной молитве, второе чита­ется в похвале, завершающей все «Чтение».

Взяв идею из «Речи Философа», Нестор значительно ви­доизменил её. Не поражение врага рода человеческого с при­ходом христианства, а продолжение борьбы в душе каждого человека. В этом аспекте он рассматривает и современные ему политические события — войну Святославичей и их двоюрод­ного брата Бориса Вячеславича со старшими князьями.

Не раз отмечался

Не раз отмечался исследователями поверхностный и при­нудительный характер христианизации страны, распростра­ненное двоеверие или сохранение внекультовых представле­ний, уходящих корнями в глубокую древность (Гуревич 1972.

С.   166-175; Стеблин 1984. С. 93-104, 181-198). «Круг Земной» и в самом деле содержит немало ярких примеров расправ над язычниками, которые способствовали созданию трафаретного образа крещения Норвегии «огнем и мечом». Читателю нового времени, как отметил М.И.Стеблин-Каменский, рассказ Снор­ри мог бы даже показаться «написанным с целью вызвать от­вращение к христианству и государственной идеологии» (Стеблин 1980. С. 584). С другой стороны, в творении Снорри приводятся столь многочисленные «практические» доказа­тельства превосходства новой веры над старой, что автор «Круга» мог бы быть причислен и к пропагандистам офици­ально-церковной идеологии.

Вопрос о единстве и цельности авторской точки зрения на христианизацию Норвегии, как она представлена в «Круге Земном», весьма непрост, и едва ли можно надеяться на его скорое и однозначное разрешение. Отметим лишь, что понима­ние Снорри государственно-политических мотивов норвежских конунгов-миссионеров Читать далее

Спирали

Спирали

Спирали. Эта форма орнаментации господствовала в ран­нем бронзовом веке, и все известные нам мотивы и сочетания возникли уже в раннем бронзовом веке (1800-1300 гг. до н.э.: Herner 1987). Важно отметить принцип построения спираль­ных построений, где композиционной единицей является не отдельная, а двойная спираль. Двойные спирали легко могут объединяться между собой, накладываясь друг на друга и об­разуя цепочку. В среднем бронзовом веке (ок. 1100 г. до н. э.) спираль начинает исчезать из орнамента и к началу поздней бронзе (ок. 900 г. до н. э.) уступает место линеарным компози­циям (Stenberger 1964. S. 186). Там же, где спираль остается, она стилизуется, оставляя лишь внешнее сходство с классиче­скими построениями древности. Прежде всего, это выражается в превращении минимальной структурной единицы в S-об­разную фигуру. Спиральные композиции готландских камней относятся к классическому стилю, однако, многочисленные варианты орнамента по бордюру камней представлены уже стилизованными Читать далее

Олав Трюггвасон

Олав Трюггвасон представлен в источниках исландско — норвежского круга как лицо, непосредственно причастное к крещению Дании. В результате культурной адаптации конти­нентальной традиции картина христианизации Дании приоб­рела следующий вид: Оттон П1, совершивший крестовый по­ход на Данию, обратил в правую веру, при участии истинно верующего Олава Трюггвасона, которому сопутствовала Бо­жественная помощь, датчан и их правителя Харальда Гормс — сона, решительно не желавшего оставлять веру своих предков, а также его вассала ярла Хакона. Что касается последнего, то если из поэмы скальда Эйнара Хельгасона «Недостаток золо­та» следовало, что ярл Хакон был ярым язычником, то авторам саг не оставалось ничего иного, как показать, что христианст­во он принял против своей воли, а затем отрекся от него (Weibull 1948. S. 272). В сагах тем самым, в процессе адапта­ции, была сконструирована «наиболее типичная для данной культурной традиции интерпретация действительности» (Лу — чицкая2001. С. 17).

Источник часто является результатом деятельности не­скольких авторов

Источник часто является результатом деятельности не­скольких авторов

Источник часто является результатом деятельности не­скольких авторов, или составителей, при этом далеко не все они названы или подразумеваются в тексте. Больше того, в качестве автора подлинного документа нередко выступает ли­цо, никак не участвовавшее в составлении самого текста, а иногда даже не знавшее о его составлении (документы учреж­дений, написанные от имени короля, императора, папы).

Весьма многочисленны грамоты, составленные в мона­стырях, но написанные от имени монарха и заверенные в его канцелярии. Составление официальных текстов заинтересо­ванными лицами и удостоверение их либо другим частным лицом, либо учреждением, с обоюдного согласия сторон, ши­роко практиковалось в средние века, новое и новейшее время. Напротив, частные акты, идущие от лица контрагентов, во многих случаях писались не ими самими, а какими-либо офи­циальными или неофициальными посредниками.

Сложность происхождения источника Читать далее

МЕТОД РАБОТЫ СРЕДНЕВЕКОВЫХ АРАБСКИХ ГЕОГРАФОВ (НА ПРИМЕРЕ ИЗВЕСТИЙ О РЕКАХ АРАЛЬСКОГО БАССЕЙНА)*

МЕТОД РАБОТЫ СРЕДНЕВЕКОВЫХ АРАБСКИХ ГЕОГРАФОВ (НА ПРИМЕРЕ ИЗВЕСТИЙ О РЕКАХ АРАЛЬСКОГО БАССЕЙНА)*

Крупнейший востоковед В.В.Бартольд в свое время под­робнейшим образом проанализировал данные источников об Аральском море, рассматривая возможность впадения рек Амударьи и Сырдарьи в Каспий во времена средневековья, как

об   этом писали многие арабо-персидские географы1. В IX в. ал-Хорезми, Ибн Хордадбех, ал-Иа‘куби; в X в. Ибн Русте, ал — Мас‘уди, Ибн Хаукал, Мутаххар ибн Тахир ал-Макдиси и др. часто называли Каспий, кроме как по имени прибрежного на­рода (морем Хазар или Хазарским), еще и по прибрежным юго-западным, южным и восточным областям, а именно — мо­рем Гиляна, Дейлема, Табаристана, Хорасана и Хорезма, хотя Хорезм расположен довольно далеко от Каспия и принадле­жит зоне Аральского, а не Каспийского моря. Причиной этого исследователи считали большую историческую и культурную значимость Читать далее

Церковь Земная изображена в апсиде центрального нефа Софии Киевской

Церковь Земная изображена в апсиде центрального нефа Софии Киевской в более низком ярусе в виде причащения апостолов — Евхаристии. В том же ярусе находятся первосвя­щенники, святители и другие персонажи Священного Писания и Священного Предания. Их продолжением в центральном нефе стала симметричная композиция с семьей Ярослава Мудрого. В центре симметричной и ритмичной ктиторской фрески, близкой в этих свойствах к расположенной напротив Евхаристии, также находился Христос. Таким образом, в сис­теме символов Софийского собора ктиторская фреска как ме­татекст приобретала большее значение, чем он определен предшествующими исследователями, наблюдения которых в данной связи в полной мере обоснованы.

Видимо, она утверждала равное участие христианской Руси, персонифицированной в правящей ветви княжеской ди­настии, в Церкви Земной, тогда как строитель Софии Киев­ской Ярослав и члены его семьи уподоблены причащающимся апостолам. Напомним, Читать далее

Известно, что текст «Слова» представляет собой подборку цитат

Известно, что текст «Слова» представляет собой подборку’ цитат из различных памятников: Библии (прежде всего Псал­тыри и Книги Притч Соломоновых), Пчелы (византийского сборника изречений), Повести об Акире Премудром и других. Эту мысль подтверждает еще одна фраза, которая хотя и не является ключевой (в том смысле как понимает это семиоти­ка), но тоже важна для понимания текста в целом: «Аз бо не в Афинех ростох и не от философ научихся, но бых падая по различным цветом и оттуду избирая сладость словесную и со­вокупляя мудрость яко в мех воду морскую». Под «различны­ми цветами» опять-таки скрываются те мудрые книги, на ко­торых основывался автор.

Итак, Даниил сознает некую двойственность своего про­изведения: с одной стороны, он облекает свои скудные мысли в красивые одежды (т.е. говорит чужими словами), с другой, — призывает обращать внимание не на внешнюю сторону произ­ведения, а на его скрытый смысл. Читать далее